Я родился в 1954 году в Аргентине, а в 1970 приехал в Нью-Йорк, чтобы учиться в хабадской йешиве в 770. Спустя шесть лет все мои усилия были все еще сосредоточены на учебе, но каждый четверг вечером я отправлялся в различные синагоги в Нью-Йорке и окрестностях – от близлежащего Боро-Парка до Южного Фоллсбурга в Катскильских горах. Там я давал уроки хасидского учения.

Каждый год перед моим днем рожденья я приходил к Ребе на частную аудиенцию. В этот раз, готовясь к встрече, я чувствовал себя ужасно. Мне казалось, что у меня ничего не получается в учебе, да и вообще ни в чем, чем бы я ни занимался. Выглядело так, что, несмотря на все мои усилия, я ничего не достиг. А ведь я к тому времени был одним из самых старших учеников йешивы. Все это, плюс еще несколько вопросов, я включил в записку, которую приготовил перед аудиенцией, чтобы вручить ее Ребе.

"Касательно твоей жалобы на то, что ты не добился успехов в том или в другом, – ответил Ребе, – наши мудрецы говорят: "Тот, кто старается, добивается успеха". Это сказано лично мне, лично тебе и лично любому другому еврею. Поэтому то, что ты тут написал, просто невозможно. Ты прикладываешь усилия, поэтому просто не может такого быть, чтобы у тебя не было успехов".

Он добавил, что любые мысли, которые приводят человека к меланхолии и депрессии, следует выкинуть, потому что "грусть приводит к отчаянию и отсутствию энтузиазма, трате времени, и, как следствие, человек меньше полагается на Всевышнего".

"Еврей должен служить Всевышнему радостно, – сказал Ребе. – А это означает не только во время изучения Торы и молитвы. Нам дано указание: "Познавай Его на всех путях своих". Все, что мы делаем – часть служения Б-гу, а это означает, что еврей должен быть радостным всегда! Ты пишешь, что даешь уроки, – продолжал Ребе, – что ты помогаешь другому ученику, и то, что ты изучил, влияет на других. Это означает успех. Ты делаешь работу наших Реббеим и действуешь как их посланник. Соответственно, когда приходят подобные мысли, ты должен помнить, что ты посланник наших Реббеим, и поэтому места для печали нет!"

И в заключение Ребе сказал, что надеется слышать от меня добрые вести о том, что я исполняю свою работу с радостью.

Больше всего меня поразило, что Ребе назвал меня своим посланником – "шалиахом". Я знал, что Ребе словами не бросается. Я был всего лишь учеником йешивы, раз в неделю дававшем урок, а Ребе назвал меня своим посланником!

На той же самой аудиенции я спросил Ребе, вернуться ли мне на лето в Аргентину в рамках хабадской раввинской программы. Йешива уже дала мне разрешение, а теперь и Ребе дал свое благословение, чтобы я отправлялся "с радостью". Так я и сделал, а когда женился, мы с женой переехали в Аргентину, чтобы служить там посланниками Ребе. Так я стал шалиахом в более привычном смысле.

В течение первых нескольких лет положение в стране было очень нестабильным. Вначале произошел тяжелый экономический кризис, затем, в 1982 году, между Аргентиной и Англией началась война за Фолклендские острова. Дошло до того, что однажды в издательстве меня ждали 500 экземпляров листовки "Недельная идея", которую мы распространяли в общине, а у меня не было даже денег на проезд в автобусе, чтобы их забрать. Один из наших меценатов сказал мне: "Я ничего вам не могу сейчас дать. Идет война!" Он пережил войну в Европе и беспокоился о будущем. Я и сам был близок к отчаянию и, закончив разговор с этим меценатом, снова поднял трубку.

В те годы просто так дозвониться в Нью-Йорк было невозможно. Вначале следовало обратиться в международную службу телефонной компании, а уж они составляли расписание, согласно которому перезванивали и пытались установить связь с другой страной. Иногда это происходило через два дня, иногда больше, а бывало, что и вообще никогда. А потом еще оставалось надеяться, что оператору удастся пробиться в 770, где телефоны всегда были заняты. А после этого, чтобы поговорить с главным секретарем Ребе, равом Мордехаем Ходаковым, приходилось преодолевать еще одну полосу препятствий.

Но я все-таки позвонил. И сразу же попал в международную службу. И меня сразу же соединили с Америкой! И телефон в 770 сразу же зазвенел! И трубку сразу же поднял один из секретарей! И через несколько секунд я уже говорил с равом Ходаковым! Как будто все врата Небесные отворились!

Я объяснил, что люди боятся того, что происходит со страной, и не хотят нас поддерживать финансово.

– Что мне делать? – спросил я.

– Я тебе перезвоню, – ответил рав Ходаков.

Через пять минут зазвонил телефон. Еще одно чудо! Ведь и из Нью-Йорка в Буэнос-Айрес было не просто позвонить!

– Ребе решил дать тебе заем, – сообщил рав Ходаков. Парой месяцев ранее я просил рава Ходакова о финансовой помощи, но в этот раз не упоминал о ней. Изначально Ребе выделил 2000 долларов, но в последний момент поменял сумму на 3000.

– Отдай, когда сможешь, – добавил рав Ходаков Со временем я все отдал, а в тот момент эти 3000 решили для меня множество проблем. Затем рав Ходаков передал мне ответ Ребе на мой вопрос.

– Мы посылали тебя и других шалиахов не для того, чтобы вы размышляли об экономической политике страны. Твоя миссия – распространять еврейство и полагаться на Всевышнего. Естественно, тебе будут задавать вопросы о будущем. Ты должен отвечать, что ты не пророк, и что твоя миссия – распространять еврейство и полагаться на Всевышнего.

Спустя два дня мой друг устроил мне встречу с президентом одного из аргентинских банков. Раньше мы еще никогда не встречались, но он знал, кто я такой.

– Что вам нужно? – спросил он.

Я ответил, что мне нужно 25000 долларов, чтобы выплатить долги.

– Приходите завтра, – сказал он. – Мы вам это дадим.

Впервые мы получали такое огромное единовременное пожертвование, а ведь произошло это во время войны!

Указание Ребе стало моим золотым правилом: вместо пессимистичных расчетов и прогнозирования полагаться на Всевышнего. Если бы я задумывался о будущем, со всеми аргентинскими непрекращающимися кризисами и экономическими перепадами я бы уже давно рехнулся! После великого кризиса 2002 года я просто перестал читать газеты. Я ничего не хотел об этом знать.

В 2020 году, во время худшего периода пандемии, мы начали строительство новой школы. Вместо того, чтобы отложить проект, мы начали строительство на площади шесть с половиной тысяч квадратных метров. А сейчас те, кто приходят к нам учиться, попадают в одну из красивейших еврейских школ в мире.

Перевод Якова Ханина