Впервые я встретился с Ребе, будучи членом городского совета Иерусалима и заместителем мэра. Ребе с большим интересом расспрашивал меня о том, как я совмещаю мои общественные обязанности с изучением Торы и институтом Гарри Фишеля, где готовят квалифицированных знатоков еврейского закона. Затем он посоветовал мне "погрузиться в мир Торы" и стать членом раввината. Но наибольшее впечатление на той аудиенции на меня произвели его слова о нерелигиозных евреях. Я спросил его о цели мицва-танков, "синагог на колесах":

– Да простит меня Ребе, – сказал я, – но какая польза от того, чтобы склонять несоблюдающего еврея к исполнению какой-то мицвы? Он ведь в следующую же минуту вернется к своему прежнему состоянию. Может быть, хабадникам имеет смысл сконцентрировать свои усилия на тех евреях, которые регулярно ходят в синагогу – в субботу и праздники?

– Это было нововведение Баал Шем-Това, – ответил Ребе. – В нашем поколении порядок уже не тот, о котором говорит царь Давид.

И он процитировал один из псалмов: "Кто желает долголетия, стремится видеть добро все дни свои? Удерживай свой язык от злословия и уста свои от лжи. Сторонись зла и твори добро, стремись к миру и добивайся его". Здесь вначале сказано: "Сторонись зла", а затем: "Твори добро".

– Но в нашем поколении, – сказал Ребе, – порядок другой. В первую очередь следует направлять наши усилия на то, чтобы евреи "делали добро", и тогда зло само уйдет. Вначале надо "творить добро", а потом "сторониться зла".

Впоследствии, когда я возглавлял городской отдел образования, Ребе долго говорил со мной о необходимости познакомить каждого ребенка с основами еврейского учения.

"Махнуть рукой на еврейского ребенка, кто бы он ни был, мы не имеем права", – подчеркивал Ребе. Он не мог примириться с тем, что дети могут учиться в школе и закончить ее, и при этом не знать идею молитвы "Шма Исраэль" ("Слушай Израиль, Г-сподь – Б-г наш, Г-сподь один"), вне зависимости от уровня религиозности школы.

"В Талмуде, в трактате Сукка, говорится, что, как только сын начинает говорить, отец обязан научить его произносить два стиха: "Тору заповедал нам Моше, наследие общины Яакова" и "Слушай Израиль, Г-сподь – Б-г наш, Г-сподь один". Наша обязанность, – объявил Ребе, – сделать так, чтобы каждый еврей знал наизусть по крайней мере эти два стиха".

На другой аудиенции Ребе остановился на том, как следует обучать нынешних детей и молодежь. Он провел аналогию между образованием и идеей Хануки, само название которой, помимо своего основного значения "посвящение", несет в себе смысл "образование" (хинух). "В Храме, – заметил Ребе, – работа одного из священников заключалась в том, чтобы подготовить фитили для храмового светильника так, чтобы пламя горело само. Подобным же образом учитель должен привить ученику ценности так, чтобы тот усвоил их как свои собственные и сам строил свою жизнь согласно этим ценностям".

Перевод Якова Ханина