В своем последнем комментарии к Пятикнижию (к словам “что совершил Моше на глазах у всего Исраэля”1 ) Раши пишет: “[это он о том, что] сердце побудило его разбить скрижали у них на глазах, как сказано: “И я разбил их на ваших глазах”2. И помысел Пресвятого, Благословен Он, согласился с его помыслом, как сказано “которые (ашер) ты разбил”3 – да прямится (яшар) сила твоя за то, что ты разбил”.

Очевидный источник этого комментария – в Сифри. Именно там увязывается сказанное здесь “на глазах всего Израиля” со сказанным там “на ваших глазах”. Но мидраш – он на то и мидраш, чтобы глаза в глаза и вот это все. Но Раши-то! Раши! Он же объясняет прямой смысл слов Писания. В данном случае – слов “при всех знамениях и чудесах, какие послал его Г-сподь совершить на земле Египта над фараоном и над всеми его слугами и над всей землей его; и при всей крепкой руке и при всем страхе великом, что совершил Моше на глазах у всего Израиля”. В которых, по его мнению, восхваляется Моше. Разве не очевидно (настолько, что и объяснения не требует), что тут речь о чудесах, явленных Моше “на глазах у всего Израиля” во время Исхода? Ну или даже, ок, пусть будет первый (на самом деле, предпоследний) стих об Исходе, а следующий (последний) о даровании Торы. И красиво, и практично, и символично: Тора заканчивается упоминанием о Даровании Торы. Но с какой стати – еще раз: в рамках толкования прямого смысла Торы и ничего другого – здесь говорилось бы именно о разбиении скрижалей? Что в этом восхваляющего Моше? (Особенно с учетом важнейшего правила нашей святой Торы – завершать на положительной ноте4 !)

Поэтому классические толкователи комментария Раши5 высказывают предположение, что источником его слов является сказанное в Талмуде6, что “помысел Пресвятого, Благословен Он, согласился с его помыслом, как сказано “которые ты разбил” – да прямится сила твоя за то, что ты разбил”. Конечно, продолжают они, само разбиение скрижалей – не самая подходящая тема для финального аккорда, но вот тот факт, что Всевышний согласился с Моше – это очень большой комплимент Моше и очень мощное подтверждение его величия!

Ну, такое. Все-таки разбитие скрижалей дело нужное, но нежелательное. И задним числом нежелательное. Сколько ни объясняй абсолютно реальные и неоспоримые преимущества вторых скрижалей перед первыми. Все равно. И очень сложно поверить, при всем огромном кредите доверия, которым обладают в наших глазах великие толкователи комментария Раши, что только ради того, чтобы упомянуть, что Всевышний согласился с Моше, Тора приплела, извините за выражение, в заключительном стихе всего Пятикнижия упоминание о разбиении скрижалей! (Тем более что, если уж было так принципиально упомянуть ситуацию, когда Всевышний согласился с Моше, то есть менее проблематичные варианты. Например, ситуацию, когда Моше, по одному из мнений, добавил от себя дополнительный день предстояния7. Или даже лучше, когда Всемилостливый хотел истребить народ Израиля, а вместо него произвести от Моше новый, но Моше уболтал Его этого не делать!) И главное! Слова “на глазах у всего Израиля” намекают именно на акт разбиения скрижалей, а не на реакцию на это Всевышнего, которая была совсем не на глазах у всего Израиля! Так какое же тут восхваление Моше? Ненаглядное.

Ну и по мелочам. Признаемся: то, что Моше разбил скрижали на глазах у всех сынов Израиля – далеко не главная деталь этого трагического события. Особенно с учетом того, что чего только Моше не совершал на глазах у всего Израиля! Так зачем Писанию сосредотачиваться именно на этой, неглавной и, скажем прямо, банальной подробности и намекать именно на нее?

И что за необычный оборот “сердце побудило” (разбить скрижали), которого, кстати, нет в Сифри? Почему было не написать просто “разбил скрижали”? Разве не о поступке речь. И даже если так, то почему упоминается побуждение сердца, а не возникновение мысли? Очевидно же, что поступок Моше был продуманным и взвешенным, а не истерически-эмоциональным! Если нужно доказательство, то его дает сам Раши, который далее в том же комментарии пишет “и помысел (даат) Пресвятого, Благословен Он, согласился с его (Моше) помыслом”. Там был именно помысел, почему же Раши называет это побуждением сердца8 ?

В общем и целом, мы уже поняли, что, похоже, Раши считает, что в самом разбиении скрижалей было нечто такое, что делает этот перфоманс главной9 заслугой Моше. Главным, что можно поставить ему в заслугу и в похвалу10. Осталось понять, как и почему.

Выше, в комментарии к главе “Ки тиса”11 Раши пишет, объясняя заповеданное Моше самому вытесать вторые скрижали: “Вытеши себе – ты разбил первые, ты вытеши себе другие. Это можно сравнить с царем, который отправился в заморскую страну и оставил свою невесту со служанками. По вине служанок пошла о ней дурная слава. Тогда ее шафер разорвал ее брачный договор, сказав: “Если царь велит казнить ее, я скажу ему: “Она еще не твоя жена”. Возвратился царь и выяснил, что провинились только служанки, и он вновь благоволил невесте]. Сказал ему ее шафер: “Напиши ей другой брачный договор, потому что первый разорван”. Сказал ему царь: “Ты разорвал его, ты же купи для него другой лист, и я напишу ей моею рукой”. Так и здесь: Царь – это Святой, благословен Он; служанки – это великий сброд12 ; шафер – это Моше; а невеста – народ Израиля. Поэтому сказано: “вытеши себе”“. Короче говоря, по мнению Раши, согласно прямому смыслу Писания, Моше разбил скрижали, чтобы защитить и спасти евреев от наказания за причастность к греху поклонения золотому тельцу.

С другой стороны, выше13 тот же Раши пишет: “И бросил он из своих рук – [Сказал себе Моше:] Если относительно жертвы песах, которая является одной из заповедей, Тора сказала: “Всякий чужак не должен есть от нее”, – то здесь, когда речь идет обо всей Торе, а весь Израиль — отступники, неужели я дам ее им?”. Из этого комментария следует, что Моше разбил скрижали потому, что считал сынов Израиля недостойными их. Это другое.

Но вот если бы Раши привел оба толкования в одном комментарии (как различные возможные), мы были бы обязаны сказать, что они являются взаимоисключающими. А поскольку они упоминаются в комментариях к разным стихам, мы смело можем полагать, что Моше руководствовался обоими этими соображениями, в равной мере. А упоминаются они Раши в разных местах в зависимости от контекста: в одном случае он подчеркивает, что Моше разбил скрижали ради и в честь Торы, во втором – что ради спасения народа Израиля.

И тут есть тонкий момент. Первое объяснение касается в первую очередь того, почему Моше не передал скрижали сынам Израиля, как ему было заповедано. А вот второе относится непосредственно к причине, по которой Моше именно разбил скрижали, а не припрятал или т. п. И понятно, что в контексте заключительных стихов Пятикнижия, посвященных восхвалению Моше, упоминания заслуживают именно самоотверженные усилия Моше спасти народ Израиля, даже если ради этого приходится разбить скрижали, дарованные с Небес, о которых сказано: “А скрижали, деяние Б-жье они...”

И без дополнительных объяснений понятно все величие первых скрижалей и их бесчисленные преимущества (хотя и не во всем) перед всем, что могло быть создано творением, даже Моше (!), даже в силу заповедания, на замену. И тем не менее, именно Моше, лучше всех понимавший все это, в тот момент, когда понял, что сам факт их существования в мире чреват неприятностями для народа Израиля, он не раздумывая (важный штрих!) и не испрашивая согласия Всевышнего, в тот же миг разбил их!

И обратим внимание: непосредственно в грехопадении участвовали лишь совсем немногие из евреев (хотя причастны так или иначе, похоже, все-таки все, судя по тому, что Раши пишет в комментарии, что “весь Израиль были отступниками”), однако и ради этой кучки конченных отступников Моше разбивает скрижали, спасая если не их бренные тела, то вечные души. И это – величайшая похвала Моше, верному пастырю Израиля: ради Израиля, ради любого из Израиля (даже согрешившего поклонением тельцу), он был готов пожертвовать не только собой, но и Б-жьими скрижалями!

И Тора дает оценку этому его поступку (и этим преподносит нам важнейший урок!) упоминая его последним во всей череде величайших свершений Моше, в заслугу которых он заслуживает восхваления. И таким образом дает понять, что тотальная самоотверженность во имя каждого из сынов Израиля – это то, что заслуживает самой высшей похвалы. Даже когда речь идет о такой заслуживающей всяческого восхваления фигуре, как Моше.

И поэтому же Раши подчеркивает, что Моше руководствовался чувством (“вознес сердце”) – чувством безраздельной любви к каждому еврею, без исключений и оговорок, которое в каждом конкретном случае берет верх над всем прочим. И Моше вознес эту любовь над всем, когда пришлось выбирать между интересами проштрафившихся евреев и целостностью идеальных скрижалей!

И обращает наше внимание Тора на прощание, Моше сделал это именно “на глазах всего Израиля” – преподнес урок именно такой любви к каждому из Израиля каждому из них.

Вот-вот должен прийти Машиах, во времена которого выявится истинная природа вещей. И в частности, сущностная связь всех душ Израиля не только в их высшем источнике, но и на уровне их облаченности в отдельные материальные тела (включая те, что восстанут к жизни). И не только “но и”, а именно что в первую очередь и в максимальной степени. И безграничная любовь всех евреев друг к другу станет более естественной, чем дыхание. И в те времена исполнится обетование, приводимое в афтаре главы “Везот-Абраха”: “Да не отходит эта книга Торы от уст твоих, и размышляй о ней днем и ночью, чтобы в точности исполнять все написанное в ней”14. Но уже не в качестве предписания, а в качестве воздаяния. Вскорости, в наши дни. Амен.

(Вольное изложение беседы Любавичского Ребе, "Ликутей сихот" т. 34, стр. 217-221.)