В главе "Бехукотай" Всевышний предостерегает нас от целого ряда напрашивающихся ошибок и пытается удержать от них разнообразными угрозами. Но в конце грозной проповеди, как это случается со всеми любящими родителями, сбивается с взятого тона и признается, что в конце концов все обойдется. Если не в нашу заслугу, то благодаря следующему: "И вспомню Мой завет с Яаковом, и также Мой завет с Ицхаком, и также Мой завет с Авраамом вспомню, и землю вспомню" (Ваикра, 26:42).

И Раши поясняет к чему это: "Почему праотцы перечислены в обратном порядке? Яаков, младший, заслуживает того, чтобы его сыновья были избавлены. А если его заслуг мало, то вот с ним Ицхак. А если мало этого, то вот с ним Авраам, который заслуживает". На первый взгляд, источник этих слов Раши в "Торат коаним". Но там сказано так: "Почему праотцы перечислены в обратном порядке? Если деяний Авраама недостаточно – есть деяния Ицхака. Если деяний Ицхака недостаточно – есть деяния Яакова. И каждый из них достоин того, чтобы судьба мира зависела от него".

Мы уже более-менее привыкли к тому, что Раши тут и там вносит небольшие изменения в цитируемые тексты. Небольшие изменения, которые, зачастую, полностью меняют смысл толкования. Но тут Раши "цитирует" мидраш с точностью до наоборот! "Торат коаним" начинает с заслуг Авраама. Если их будет недостаточно, предлагает добавить заслуги Ицхака. А Яакова приберегает на крайний случай. По мнению же Раши: "Яаков, младший, заслуживает... А если его заслуг мало, то вот с ним Ицхак и т.д.".

Причина расхождения очевидна: Раши следует прямому смыслу слов Писания, в котором Яаков в данном случае упомянут первым, Ицхак вторым, а Авраам последним. Из чего следует, что первое, что будет пущено в ход – это заслуги Яакова. И только если их не хватит – Ицхака. А если и тех не достанет – то и Авраама. "Торат коаним" же, очевидно, исходит из того, что у Яакова больше заслуг, чем у Ицхака. А у Ицхака – больше, чем у Авраама. И когда нужно прибегать к заслугам праотцов, начинают по маленькой – с заслуг Авраама. И далее идет по возрастающей. А Раши, очевидно, тоже полагает, что праотцы упоминаются в перечислении "по возрастающей" их заслуг, но только распределяются эти заслуги между праотцами в обратном порядке: максимум заслуг – у Авраама. А у Яакова, значит – минимум.

Другое фундаментальное отличие заключается в том, что согласно "Торат коаним" – "каждый из них достоин того, чтобы судьба мира зависела от него". Т.е. заслуг любого из праотцов в принципе достаточно для того, чтобы разрулить ситуацию. И только в крайнем случае может потребоваться больше. Да и то скорее для перестраховки. А Раши пишет: "Яаков, младший, заслуживает... А если его заслуг мало... А если мало этого, то вот с ним Авраам". Т.е. ситуация, в которой заслуг одного из праотцов может не хватить, более чем вероятна.

Иными словами, согласно мидрашу, в стандартной ситуации заслуг одного (наименее заслуженного) из праотцов должно хватить, чтобы отмазать его потомков. А по мнению Раши, заслуги одного скорее не хватит, чем хватит.

На первый взгляд и тут Раши следует прямому смыслу слов Писания. Которое не просто перечисляет праотцов, но "складывает" их (заслуги): Яаков и также Ицхак, и также Авраам. И все-таки хотелось бы понять, что стоит за столь разнящимися позициями "Торат коаним" и Раши? Не может же быть, чтобы только грамматика?

Некоторые комментаторы Раши полагают, что оба фундаментальных отличия его слов от формулировки "Торат коаним" взаимосвязаны. Раши исходит из того, что Яаков – самый заслуженный из праотцов. И если приходится взывать к заслугам праотцов, то идут прямиком к Яакову, чтобы наверняка. Точнее, с наибольшей вероятностью. Потому что может понадобиться привлечь дополнительные силы. Т.е. заслуги Ицхака. А если понадобится, то и Авраама.

Но, во-первых, мы так и не получили ответ на вопрос, почему "Торат коаним" подчеркивает достоинства каждого из праотцов в отдельности ("каждый из них достоин того, чтобы судьба мира зависела от него"), а Раши – всех вместе ("и также... и также"). А во-вторых, Раши прямым текстом пишет^ "Яаков, младший, заслуживает того, чтобы его сыновья были избавлены". Что, по-простому, следует понимать в том смысле, что хоть Яаков и младший из праотцов (и поэтому, очевидно, наименее заслуженный), тем не менее он "заслуживает того, чтобы его сыновья были избавлены". Его заслуг должно для этого хватить, хотя их и меньше, чем у Ицхака. И тем более – чем у Авраама.

Первым приходит в голову, что Раши развивает тут мысль, высказанную им выше (в комментарии к Шмот, 32:13), касательно судьбы сынов Израиля после греха Золотого тельца: "Если они подлежат сожжению, помяни Аврааму его заслугу: то, как он пошел на сожжение ради Имени Твоего в Ур-Касдиме. Если же подлежат убиению мечом, помяни Ицхаку то, как он подставил свою шею под нож при наложении пут. Если они подлежат изгнанию, помяни Яакову его заслугу: то, как он отправился в изгнание в Харан". Очевидно же, что заслуга выразившего готовность пойти на костер во Имя славы Небес выше, чем у подставившего горло под нож, во исполнение воли Небес. А заслуга готовности подставить горло под нож выше, чем ухода в изгнание.

Получается, есть две системы соотношения праотцов и их заслуг. Согласно одной из них, заслуги Авраама, первого из праотцов, больше, чем у следующего за ним Ицхака. А у Ицхака заслуг больше, чем у последнего – Яакова. А согласно другой, наоборот, в каждом следующем поколении праотец более заслуженный, чем в предыдущем: Яаков заслуженнее Ицхака, а Ицхак заслуженнее Авраама.

Соответственно, "Торат коаним" и Раши расходятся в понимании того, на что в стихе "И вспомню Мой завет с Яаковом" делается акцент: на фактор, в силу которого Яаков является "избраннейшим" из праотцов или на фактор, в силу которого он является "младшим" из них.

И эта разница, очевидным образом, связана со вторым упоминавшимся моментом. Если мы говорим о том, в чем Яаков – самый заслуженный из праотцов, то этого чего-то у каждого из праотцов хватит на спасение всего мира. А то, в чем он (Яаков) – "младший", нужно собирать со всех троих: заслуги и Яакова и также Ицхака, и также Авраама.

А теперь для того, чтобы понять наконец, что это "что-то", о котором идет речь, обратим внимание на еще одно различие в формулировках "Торат коаним" и Раши. В "Торат коаним" говорится: "Если деяний этого недостаточно – деяния этого". А у Раши: "А если его заслуг мало, то вот". Раши не упоминает деяния праотцов. Только заслуги. Т.е., вероятно, некие заслуги, не связанные с конкретными деяниями, конкретными поступками. А с тем, какую роль они сыграли как праотцы – те, кто сформировал духовный облик еврейского народа.

Дело в том, что "Торат коаним" и Раши по-разному понимают общую идею заключительного пассажа главы "Бехукотай" – "Увещевания", начинающегося словами: "Или, быть может, тогда покорится их сердце необузданное, и тогда искупят свою вину". В "Торат коаним" упор на протяжении всего толкования этих слов делается на аспект раскаяния, тшувы. Избавление придет как ответ на раскаяния. А Раши раскаяние не упоминает. Он говорит об искуплении (через страдания). После того как грехи искуплены – наступает Искупление.

Иными словами, по мнению "Торат коаним", Избавление (о котором идет речь в недельном разделе "Бехукотай") станет откликом на заслуги еврейского народа (на их раскаяние). А по мнению Раши, сначала Всевышний взыщет с сынов Израиля за их прегрешения, позволив таким образом искупить нуждающееся в искуплении (см. Раши к Ваикра, 26:41: "Искупят свою вину страданиями своими"), и тогда, очистившиеся и безгрешные они удостоятся Избавления.

И поскольку "Торат коаним" и Раши спорят касательно того, в заслугу чего сыны Израиля удостаиваются Избавления (раскаяние или страдания), они спорят и относительно того, что является определяющим при апелляции, в данном разрезе, к заслугам праотцов.

Дело в том, что, как объясняет в своем комментарии святой Ор Ахаим, то, что евреи искупят свои грехи (не важно, раскаянием или страданиями), достанет для того, чтобы им зажилось хорошо. Но для того, чтобы они удостоились права вернуться в Святую Землю, необходимо задействовать заслуги праотцов. Раши и "Торат коаним", судя по всему, абсолютно согласны с этим утверждением. Только понимают его совершенно по-разному.

Мнение "Торат коаним" заключается в том, что благодаря раскаянию сыны Израиля удостаиваются лишь избавления от бед-злосчастий. Но для того, чтобы удостоиться глобального Избавления с большой буквы "и", требуется привлечение заслуг праотцов. И работает это "поминание" в силу того, что, когда Всевышний заключал с праотцами завет, было договорено, что их (праотцов) заслуги будут засчитываться их потомкам до скончания всех времен. В чем, в частности, и выражается то, что эти трое – праотцы всего еврейского народа: их заслуги – наши заслуги. А с такими заслугами не то что в Землю Израиля – куда угодно вход разрешен. Короче говоря, по мнению "Торат коаним", речь идет о сумме заслуг (т.е. раскаяния) сынов Израиля и заслуг праотцов (конкретных поступков, совершенных ими во имя Небес).

Раши же считает, что искупление является продуктом страданий. А в этом, в отличие от раскаяния, никакой заслуги нет. Отбывая наказание человек расплачивается за свои преступления, но никакой его заслуги в этом нет. Поэтому, по его мнению, заслуги праотцов (от которых зависит конечное Избавление), о которых идет речь – это их достоинства, которых они удостоились милостью Всевышнего, а не плоды их собственных поступков.

Влияние заслуг праотцов, в данном случае, играет свою решающую роль следующим образом: поскольку праотцы удостоились от Всевышнего обещания даровать Избавление их потомкам, Избавление неотвратимо, что бы их потомки ни делали. Правда, должна поддерживаться космическая справедливость. Поэтому совсем безнаказанными евреев в светлое будущее никто не пустит. Отдадут страданиями. Но отстрадали – и вперед, с чистой совестью. Без каких-либо усилий с их стороны.

Вот поэтому Раши и не интересуют деяния отцов, а только заключение завета со Всевышним. И в этом отношении заслуга Авраама, первого из праотцов, удостоившихся завета с Творцом, очевидно, больше, чем у его преемников. И у Ицхака больше, чем у Яакова.

В свете вышесказанного становятся понятными все вышеупомянутые расхождения в формулировках между Раши и "Торат коаним".

То, что Всевышний избрал Авраама, Ицхака и Яакова праотцами народа, который на веки вечные останется избранным и т.д. – это в заслугу самоотверженности служения этих троих. И в этом отношении Авраам (пошедший на костер, не имевший перед глазами положительного примера, а за плечами заслуги отцов), разумеется, самый заслуженный. Затем Ицхак. И младший – Яаков.

С другой стороны, служения младшего, Яакова, сына Ицхака и внука Авраама, на протяжение всей его жизни было безупречным и совершенным. Поэтому, кстати, и потомство у него было без изъяна, в отличие от Авраама, у которого был Ишмаэль, и Ицхака, у которого был Эйсав.

Тут то и расходятся Раши и "Торат коаним". "Торат коаним" оценивает отцов по их поступкам. И в этом отношении первый – Яаков: его служение идеально. А Раши за мерило берет прилагаемые усилия. Поэтому у него на первом месте Авраам. А Яаков – младший.

Проблема с заслугами Авраама и Ицхака в том, что, хотя, в некотором смысле, они больше, чем у Яакова, они распространяются и на Эйсава и Ишмаэля, не приведи Г-сподь. Поэтому, чтобы заслуги праотцов принадлежали только нам, они должны быть объединены и отформатированы заслугами Яакова, среди потомков которого лишних нет.

Вот-вот должен прийти Машиах. Начнется то самое Избавление. И то самое возвращение в Землю Израиля, о неизбежности которых так долго говорили все. А наказания, наоборот, прекратятся. Как и испытания. И возможность тшувы прекратится. И тут бабушка очень надвое сказала – хорошо это или не очень. Потому что тшува – это единственная валюта, которая будет приниматься в мессианскую эру. Единственная и невосполнимая. Имейте в виду.

(Вольное изложение беседы Любавичского Ребе, "Ликутей сихот" т. 32, стр. 168-173.)