Я решила записать кое-что из воспоминаний былых лет. Конечно, есть много разных историй, повествующих о куда более важных вещах, но мне кажется, что и те "мелочи", которые я здесь привожу, ярко показывают величие души моего сына, Ребе.
Вспоминается, как в два года он - мой сын, Ребе - задавал "четыре вопроса" на пасхальном Седере. В канун праздника он заучивал эти вопросы, и было видно, что он понимает, о чем там говорится, - совсем как взрослый.
В 1905 году, когда по России прокатилась волна погромов, я пряталась с детьми в аптеке на улице Большой Морской в Николаеве. Кроме нас там было еще несколько семей с маленькими детьми, которые, как это обычно бывает в неспокойное время, сильно плакали. Аптекарь боялся, что шум выдаст наше убежище, и тогда его жизни будет грозить опасность за то, что он укрывает евреев. Моему сыну тогда было лишь три года, и было удивительно наблюдать, как он ходит по комнате, успокаивая детей. Разговаривать было нельзя из опасения, что наши голоса услышат, поэтому он показывал знаками: надо сидеть тихо! И дети, один за другим, и в самом деле успокоились и затихли. Аптекарь несколько раз заходил посмотреть, как ведут себя дети, но в комнате было тихо: мой сын сумел повлиять на малышей.
В 1911 году он поехал со мной на курорт в Крым. Мы жили в Балаклаве под Севастополем. Там был грот, выходивший прямо в море, куда вытекал из грота тоненький ручеек, словно с трудом пробивавшийся сквозь стены. Место, где этот ручеек впадал в море, было довольно опасным, и даже взрослые пловцы вели себя там с крайней осторожностью.
Однажды я гуляла с сыном по берегу моря - мы часто проводили там время. Вдруг раздались крики: тонет ребенок! Я подошла ближе и увидела, что какой-то мальчик решил покататься на байдарке, но не справился с управлением - как я уже говорила, место было очень опасное.
Увидев эту картину, мой сын, не раздумывая, бросился в воду и поплыл к нему. Несколько мгновений спустя он уже отобрал весло у ослабевшего и почти ничего не соображающего мальчика. Взяв управление в свои руки, мой сын начал изо всех сил грести, отводя байдарку с этого опасного места и направив ее к берегу. Мальчик был спасен. Это потребовало от сына гигантских, не побоюсь этого слова, усилий и огромного напряжения - как физического, так и духовного. Более того, ему нужно было на ходу разработать целую стратегию: как правильно плыть, где менее опасные места!
После всего пережитого мой сын тоже почувствовал слабость. Он сел у воды и начал пить, страшно бледный и насквозь промокший. Слава Б-гу, что мы взяли его с собой тогда к морю…
Можно спросить по тексту:" он сел у воды и начал пить? Что воду или водку? Если воду , то она должна стоять в бутылке или стакане рядом , значит следовало бы написать : пить стоявшую рядом воду.( поясните пожалуйста. Второй вопрос : сколько лет было ребе , когда это произошло? Сколько мест было в байдарке? Как человек может залезть в байдарку , на воде , при этом не опрокинув ее, у нее ведь очень короткие борта, тем более , как вы пишите второй мальчик, был в панике и не мог способствовать тому чтобы первый благополучно залез. Ответьте пожалуйста.
Здравствуйте уважаемый Соломон!
В 2011 году Ребе было 9 лет. Поэтому понятно, что после того, как он вышел на берег, и после такого напряжения, его мама дала ему попить прямо на берегу. (Понятно, что когда мама шла гулять с мальчиком 9 лет на прогулку по берегу моря, то они брали с собой воду).
Насчет байдарки.
До того, как прочитал Ваш вопрос, я тоже думал, что байдарки очень неустойчивы. Специально посмотрел мнения специалистов. Общее мнение - байдарка весьма устойчива. Тем более была устойчива байдарка в 1911 году. Тогда же не было изделий из пластика и легких металлоконструкций. Поэтому она была существенно тяжелее, чем современная байдарка и, соответственно, еще устойчивей для залезании в нее легкого по весу мальчика, даже когда она уже на воде. А Ребе было в 1911 году 9 лет. Средний вес мальчика в 9 лет - 30 кг. Поэтому он вполне мог не перевернуть даже пустую старую, относительно весьма тяжелую байдарку, залезая в нее с воды. И тем более, когда в ней уже сидел другой мальчик.