Речь и мысль Всевышнего абсолютно едины с Ним, и это сравнимо с речью и мыслью человека, пока они потенциально находятся в мудрости и разуме или же в жажде и прельщении, местящемся в сердце его, до того, как они поднимаются из сердца к мозгу, чтобы о том размышлять категорией букв1. Ибо тогда, [до своего раскрытия], буквы мысли и речи, исходящие от этого прельщения и жажды, находятся еще потенциально в сердце, а там они едины совершенным единством со своим корнем – мудростью и разумом в мозгу и прельщением и жаждой в сердце.

Точно так же, если использовать сравнение, речь и мысль Всевышнего едины абсолютным единством с сутью и сущностью Его, благословенного, также и после того, как речь Его, благословенного, перешла в действенную стадию при сотворении миров, так же, как она была с Ним едина до сотворения миров, и нет для Него, благословенного, никакого изменения, а [кажется, что оно есть] лишь для творений, получающих свою жизненную силу от речи Его, благословенного, уже в действенной ее стадии, при сотворении миров, в которых она облекается для их оживления через поступенное нисхождение от причин к следствиям и понижение от ступени к ступени через многие и разные сжатия, пока не смогут творения получить свою жизненную силу и свое существование, не обратившись в небытие.