Точно так же, если использовать сравнение, речь и мысль Всевышнего едины абсолютным единством с сутью и сущностью Его, благословенного, также и после того, как речь Его, благословенного, перешла в действенную стадию при сотворении миров, так же, как она была с Ним едина до сотворения миров, и нет для Него, благословенного, никакого изменения, а [кажется, что оно есть] лишь для творений, получающих свою жизненную силу от речи Его, благословенного, уже в действенной ее стадии, при сотворении миров, в которых она облекается для их оживления через поступенное нисхождение от причин к следствиям и понижение от ступени к ступени через многие и разные сжатия, пока не смогут творения получить свою жизненную силу и свое существование, не обратившись в небытие.

И все сжатия – сокровение внутреннего, дабы утаить и скрыть свет и жизнетворность, проистекающую от речи Его, благословенного, чтобы она не раскрылась таким великим раскрытием, что нижние не смогут этого принять. И потому также свет и жизнетворность речи Б-га, благословен Он, облеченная в них, кажется им как бы чем-то отдельным от сути и сущности Его1, благословенного, и только от Него, благословенного, исходящим, как речь человека от его души. Но по отношению ко Всевышнему никакое сжатие, утаение и сокровение ничего не скрывает и не утаивает2, и тьма – то же, что свет, как написано: "И тьма Тебе не затемнит и т. д."3, ибо сжатия и одеяния не суть нечто отдельное от Него, благословенного, да сохранит Он от подобной мысли, но "как та улитка, одеяние которой есть часть ее тела"4, как написано: "Ибо АвайеЭлоким"5 и как написано в другом месте6. И потому перед Ним все как абсолютное небытие.