Небольшая подсказка:
Введите ваш электронный адрес, и мы будем высылать на ваш имейл наш электронный журнал с интереснейшими материалами. Это обогатит и ваш почтовый ящик, и вашу жизнь. :) Совершенно бесплатно!
Да, и не забудьте, пожалуйста, "лайкнуть" нашу страницу в Фейсбуке! ;)
Обратная связь

Сила протеста

Сила протеста

 почта

(История, рассказанная р-ном Давидом Шохетом)

Мы переехали в Канаду из Голландии. В Торонто моему отцу, рабби Дову-Йеуде Шохету, была предложена должность раввина. У отца были хорошие друзья среди любавических хасидов, живущих там. Рабби Эли Липскер, например, или рабби Шимон Джейкобсон. Они часто приходили к нам, и отец засиживался с ними допоздна, обсуждая вопросы философии хасидизма…

…Это случилось летом 1951 года. Утром, моя мать, вскипятив кастрюлю воды, на минуту поставила ее на край стола. Не успела она моргнуть глазом, как к столу подошла моя полуторагодовалая сестричка и опрокинула кастрюлю на себя. Мы помчались в центральную больницу. С каждой минутой девочке становилось хуже. Проведя первое обследование, врачи сообщили нам, что вероятность того, что ребенок выживет, слишком мала.

Рабби Джейкобсон, друг моего отца, узнав о случившемся, немедленно позвонил в Нью-Йорк, чтобы связаться с Ребе. Когда его соединили, он вкратце рассказал Ребе о том, что произошло, и попросил благословения. Ребе ответил, что еврей всегда должен верить в Б-га, Который обязательно пошлет исцеление.

На следующий день позвонил секретарь Ребе – рабби Ходаков. От имени Ребе он поинтересовался, как чувствует себя девочка. Поскольку все произошло в четверг, решающим днем должна была стать суббота. У девочки, вследствие ожога, началась почечная недостаточность и врачи сказали, что, если это продлится еще три дня, значит, почки сильно повреждены и тогда ничего уже не сможет помочь. В пятницу рабби Ходаков позвонил снова и передал указание Ребе, чтобы мать, как обычно, занималась приготовлениями к субботе, а отец вечером (и, разумеется, днем), произнес субботний “Кидуш”.

Днем, во время второй субботней трапезы, к нам стали ходить наши друзья, любавические хасиды, чтобы выпить “лехаим” за скорейшее выздоровление девочки, и вскоре наша субботняя трапеза превратилась в настоящий фарбренген. Чуть позже мать отправилась в больницу. Вернулась она с хорошими новостями – внутренние органы девочки не пострадали.

Начался долгий путь к исцелению: бесчисленные операции по пересадке кожи, анализы, исследования. Девочку поместили в отдельную палату, поставили капельницу, и нам не разрешалось даже навещать ее.

Время шло, моя сестра поправлялась, как вдруг, однажды, в середине ночи, раздался телефонный звонок. Звонили из больницы и просили немедленно приехать. На месте нам сообщили, что состояние девочки резко ухудшилось и ей осталось жить считанные часы.

Отец тотчас же позвонил Ребе. Трубку поднял рабби Ходаков. Отец попросил немедленно соединить его с Ребе. “Чем вы так обеспокоены? – спросил Ребе. – Я же сказал, что с девочкой все будет в порядке!” “Но врачи говорят, что ей осталось жить считанные часы!” – ответил отец. “Это – какая-то ошибка! – сказал Ребе. – Идите к врачам и протестуйте! Скажите им, что они будут нести полную ответственность за все, что случится!” Отец ответил, что врачи – очень доброжелательные и порядочные люди. Они сделали все, что могли и должны были сделать. Как же может он предъявлять им подобные претензии? “Это не имеет никакого значения! – твердо ответил Ребе. – Вы должны протестовать!”

Слепая вера руководила моим отцом, когда, следуя совету Ребе, он вступил в жестокий спор с медицинским персоналом и, утверждая, что лечение проводилось неправильно, заявил, что потребует ответа, если с его дочкой что-то случится! Врачи попытались успокоить моего отца и предложили пройти в палату, чтобы он мог убедиться в том, что все аппараты работают исправно. По ходу проверки, они, к своему великому изумлению обнаружили, что в капельнице было не то лекарство! Разбираться, как и по чьей вине это произошло, не было времени, лекарство быстро сменили, и через несколько дней девочке стало легче. С того самого момента она стала поправляться, и никаких инцидентов больше не происходило...

В том же году, зимой, во время Хануки, рабби Джейкобсон был в Нью-Йорке. Встретившись с Ребе, он получил от него долларовую монету с просьбой передать ее моей сестре в качестве хануке-гелт.

Еще через год, в Нью-Йорк отправился мой отец, чтобы лично поблагодарить Ребе за благословение, которое сохранило жизнь и здоровье девочки.

Прошло еще какое-то время, и мы отправились к Ребе всей семьей. Причиной визита была моя предстоящая свадьба. В конце беседы Ребе достал из ящика стола золотую монету достоинством в пять рублей, сказал, что это – деньги из благотворительного фонда Предыдущего Любавического Ребе Йосефа-Ицхака Шнеерсона, и вручил монету моей сестре с условием, что в день своей свадьбы она пожертвует эти деньги на благотворительные цели.

С тех пор прошло много лет. Моя сестра, наконец, стала невестой. Вполне естественно, что родителей ее будущего мужа беспокоил серьезный вопрос – не повлияет ли случившееся на жизнь молодых людей? Другими словами, будут ли у них дети? Они решили обратиться за советом к Ребе. Ребе ответил им, что для беспокойства нет никаких причин.

Сегодня моя сестра и ее муж, рабби Ицхак Ньюман, живут в Калифорнии. Они – посланники Ребе в городе Лонг-Бич. И у них, слава Б-гу, пятнадцать детей…

Из сборника "Бриллианты для Ребе", сост. Э. Элькин

© Copyright, all rights reserved. If you enjoyed this article, we encourage you to distribute it further, provided that you comply with Chabad.org's copyright policy.
 почта
Обсудить
Sort By:
2 комментариев
1000 Знаков осталось
SpikeyApples Staten Island 2. Апрель, 2015



вот так, вместо того чтобы учить людей следить за безопасностью своих детей, мы учим их надеяться на благословение Ребе... Reply

davis laca , ca usa 6. Октябрь, 2010

genialno genialno Reply